Одновременно под Нантом восстанавливают ту же яхту, но уже в ее поздней, рекордной конфигурации, рекордную машину, разгонявшуюся быстрее 50 узлов.

Так один из важнейших экспериментальных парусников конца XX века может получить сразу две новые жизни. Один тримаран будет хранить непрерывность жизни яхты, другой - материальную память о ее рождении.

Но какой из них будет «настоящим»? Это вопрос философский, и он останется без ответа. Впрочем, для истории парусного спорта это не так уж важно. Иногда прошлое лучше сохраняется не в одном подлинном предмете, а в двух разных версиях одной великой машины.

Новая статья на сайте Yacht Russia https://yachtrussia.com/a/1187