Russian Ocean Way: вопреки обстоятельствам
Спасательная операция в Тихом океане продолжалась весь день 16 марта 2023 года. Это могло бы стать печальным финалом кругосветного плавания надувного парусного тримарана под российским флагом, но судьба распорядилась иначе…
Тримаран Russian Ocean Way На берег - для ремонтаНа крайнем ЮгеЧетверо... и собакаПотеряно судно......растеряны люди

Текст Анны Косихиной

1 июля 2021 года из Кронштадта стартовала экспедиция Russian Ocean Way – «По пути русских кругосветных мореплавателей»[1], посвященная 250-летию со дня рождения Ивана Крузенштерна и 200-летию открытия русскими моряками Антарктиды. Особенность экспедиции – в средстве передвижения. Это надувной парусный тримаран. Его создатель – путешественник и конструктор всепогодных надувных парусных судов Анатолий Кулик. Именно с ним руководитель экспедиции Russian Ocean Way Евгений Ковалевский и капитан тримарана Станислав Березкин прошли в четыре этапа вокруг света за семь лет – с 2006 по 2013 год (YR № 61, 2014 г.). Длина тримарана составляет 12,7 м, ширина – 7 м, осадка – 1 м.

Маршрут экспедиции сам по себе вызывает уважение: Россия – Финляндия – Польша – Швеция – Дания – Голландия – Великобритания – Франция – Испания – Португалия – Канарские острова – Южная Америка – Полинезия – Микронезия – Филиппины – Индонезия – ЮАР – Намибия – Португалия – Великобритания – Россия. А экипаж исчисляется всего двумя людьми: Евгением Ковалевским и Станиславом Березкиным.

О них – подробнее. Евгений – чемпион России по парусному и водному туризму, мастер спорта по спортивному туризму, первый заместитель председателя Томского отделения Российского географического общества, профессор Российской академии естествознания, кандидат технических наук и советник председателя Томского научного центра Сибирского отделения Российской академии наук. Станислав – чемпион России и Сибирского федерального округа по парусному туризму, мастер спорта по спортивному туризму.

Достижений у именитых путешественников много, но желания совершать новые рекорды намного больше. Плюс жажда приключений и любовь к дальним плаваниям – тоже большое дело, серьезная движущая сила. Однако помимо Евгения и Станислава на разных этапах экипаж тримарана пополняется временными членами команды, есть среди них и опытные яхтсмены, и любители из разных стран. В море, которое не терпит недосказанности, взаимных претензий и обид, они убеждаются в том, что с русскими можно иметь дело, и это «хорошая морская практика».

Таким составом экспедиция проходит по местам, которые исследовали русские мореплаватели в кругосветных плаваниях XIX века. В планах посещение 37 стран. Но помимо символической – «юбилейной», есть у экспедиции и просветительская цель – она в съемке фото и видео для проекта «Уроки из Океана».

И еще о просвещении. В странах, где путешественники останавливаются для пополнения запасов, и они сами, и их необычное судно неизменно пользуются повышенным вниманием. Как результат – многочисленные и многолюдные встречи, в ходе которых моряки рассказывают о России и Сибири. И надо заметить, многие гости искренне удивляются тому, что по сибирским городам не бродят медведи.

Первые потрясения

В водах Швеции, на подходе к Мальме, дала о себе знать первая поломка*. Возникла проблема с торсионами – элементами конструкции тримарана: на трех из 18 не выдержали сварочные швы. С ремонтом мореплавателям помогли руководитель общества SКRUV Николас Беннемарк и Марина Михацкая.

Пройдя Балтику, путешественники столкнулись с очередной неприятностью – у тримарана сломался стрингер, продольный элемент набора корпуса. Произошло это во время перехода из французского Порт-дю-Шато до испанской Ла-Каруньи. Пришлось завернуть в ближайший порт, коим оказался известный всем яхтсменам мира Ле-Сабль-д’Олон. Заменив лопнувший хомут в месте крепления стрингера, Евгений и Станислав продолжили путь.

И снова проблема – вскоре сломался левый аутригер. Это уже было по-настоящему серьезно, теперь речь шла о том, чтобы удержать тримаран на плаву. Только экстренные меры по поддержанию жизнедеятельности судна позволили добраться до небольшого порта городка Пуэрто-де-О Виседо, и это были незабываемые 2,5 часа, истерзавшие нервы, ведь под вопросом было продолжение экспедиции!

Поиски необходимых материалов для ремонта аутригера – красного дерева и металлических труб – закончились ничем. И вообще, ремонт требовался капитальный. Поэтому со всеми предосторожностями тримаран перегнали в Виго на верфь «Кардама». Там его подняли из воды, и закипела работа. Лишь три недели спустя Ковалевский и Березкин смогли снова выйти в море.

Народная дипломатия

Переходы, стоянки, а во время стоянок – встречи. Их было много, порой – каждый день. Роднило же их то, что если о России иностранцы кое-что знают, то о Сибири – что она бескрайняя, там холодно и снежно, и на этом все. Хотя, конечно, члены Испанского географического общества, с которыми тоже пообщались россияне, знали поболее, но и они в немалой степени оказались подвержены мифам. Заблуждения Евгений и Станислав привычно развенчивали: нет, господа-товарищи, Сибирь – это совсем не страшное, а очень даже интересное, живописное и гостеприимное место. Да вот хотя бы маршрут «Золотое кольцо Сибири», вы приезжайте – сами убедитесь! Такая вот народная дипломатия по поиску партнеров и друзей, которых много не бывает.

И так – везде. В Нидерландах, Франции, Испании, на другом берегу Атлантики, где к путешественникам было вообще особое отношение, подчас восторженное: «Вы откуда?» – «Из России». – «О, руссо! Россия большая…» – «Мы из Сибири». – «О-о-о!» Одна из таких встреч, как-то особенно запомнившаяся, прошла в Чили. Понятно, что путешественники поделились впечатлениями о пройденном пути, поведали о планах на будущее, ответили на посыпавшиеся вопросы и исполнили экипажем командную песню. Получилось эффектно, народ подтягивал… В завершение чаепитие, общая фотография – и громко-дружно: Rusia-Chile-Amigos!

«Такие встречи – это и есть реальная народная дипломатия, когда люди чувствуют себя братьям, становятся добрее, это самое важное», – считает Евгений Ковалевский.

Вдали от берега

21 декабря 2022 года в два часа ночи по томскому времени в береговой экспедиционный центр поступил звонок от экипажа. Руководитель экспедиции Евгений Ковалевский сообщил о происшествии, сразу предупредив, что положение серьезное, даже опасное, но не трагическое.

«Во время шторма сломалась передняя «нога» пирамиды, к которой крепится мачта. В любой момент мачта может рухнуть. Еще лопнули крепления на задней балке, удерживающие центральный баллон тримарана. Решаем проблемы».

Поиском решения всю ночь занималась и команда берегового центра. Тем временем Евгений Ковалевский, Станислав Березкин и присоединившийся к ним на этом этапе Роман Гаражиев определяли, насколько критичны поломки тримарана.

«Запасы бензина заканчиваются, так что мотор побережем. Воды хватит на две недели, о еде можно не беспокоиться, будем дрейфовать» – таким был итог проверки запасов продовольствия и пресной воды.

Кругосветчики поставили под мачту подпорку – хоть что-то, и подняли небольшой временный парус, что должно было позволить тримарану дрейфовать в нужном направлении – так они приближались к побережью Бразилии со скоростью два узла.

На следующий день моряки снова вышли на связь: «За день прошли 70 миль, средняя скорость была около трех узлов. Ситуация под контролем. Мачта держит. Все члены экипажа чувствуют себя хорошо. Ночью восстановлен обычный 4-часовой график вахты».

Тем временем береговая спасательная служба Бразилии направила к тримарану оказавшийся поблизости сухогруз Hurst Point. Ковалевский связался с ним по УКВ, и на вопрос, чем помочь, ответил, что хорошо бы получить литров 200 бензина, да и все, пожалуй. Увы, на Hurst Point было только дизельное топливо. Убедившись, что эвакуация экипажа тримарана не требуются, сухогруз вернулся на свой курс. Ну и российские моряки неспешно пошли туда же, к берегу, до которого оставалось всего-то 500 миль.

Четверо в лодке, не считая собаки

Им очень хотелось не только обойти мыс Горн, но и побывать на одноименном острове, подняться к знаменитому монументу «Альбатрос», установленному в память о моряках, погибших в этих негостеприимных водах.

Вместе с Евгением и Станиславом к величайшему из великих мысов – при всем уважении к мысу Доброй Надежды и Луин – в путь отправились Егор Музилеев и Олег Приходько, личности редкого колорита, появившиеся словно бы из ниоткуда.

Олег Приходько, убежденный и популярный блогер из Екатеринбурга, приехал в Ушуайю, чтобы снять фильм о самом южном городе планеты. Там все про всех знают, и Олега познакомили с Евгением и Станиславом. И плох тот блогер-путешественник, который тут же не попросился бы в команду, ведь увидеть мыс Горн, да еще подойти к нему под парусом, да на таком экстравагантном судне, как надувной тримаран, это же какая удача! А что малейшего опыта морских путешествий нет, так это ничего, зато желание какое! Посовещавшись, Евгений и Станислав приняли Олега в команду, как отказать такому человеку? Позже в своем фильме про Ушуайю Олег выделил целый блок, посвященный экспедиции Russian Ocean Way. Есть в нем и его признание: «Путешествовать на таком судне – это уникальный опыт, который всякому хотелось бы иметь в кармане».

А потом экипаж пополнился еще двумя членами, и право же, они тоже нужно сказать. Егор Музилеев – бразилец русского происхождения, родившийся в Набережных Челнах, убежденный и страстный путешественник. Пасока – премилая собачка породы чихуахуа, любимица Егора, а также всех встречных-поперечных и завзятая экстремалка: уже в пять месяцев Пасока купалась в море, потом освоила реки и водопады, покорила несколько горных вершин. И вот – океан и новые походные условия: никакого тебе собачьего корма, извольте питаться вместе со всеми – макароны, картошка, малиновое варенье… И ничего, привыкла, обошлось без визга, фырканья и жалоб. С главной обязанностью на борту – вылизывать миски все миски досуха и дочиста. Шутка.

Вместе с Егором собака проехала на велосипеде от севера Бразилии до Ушуайи. Там Егор встречался со многими капитанами яхт, отправлявшихся в Антарктиду, там же узнал об экспедиции Russian Ocean Way. После личного знакомства с экипажем тримарана он получил предложение пойти вместе к мысу Горн. «Это было неожиданно, – признается Егор. – Но ведь это мечта всех моряков – обойти знаменитый мыс. Конечно, я согласился. Ну а Пасока… Не могла же она меня оставить».

Так путешественников стало четверо, благо на тримаране предусмотрена возможность размещения как раз четырех человек плюс собака в теплой одежке и с грудным поводком, чтобы не свалилась за борт, ведь вам, дорогуша, тут не корабль, тут до воды сантиметры.

Неприступный мыс

Старт был назначен на конец 2022 года. Сначала был переход до аргентинского Пуэрто-Вильямса, а 30 декабря уже к нему – к мысу Горн, чтобы Новый год встретить именно там – и символично, и незабываемо.

Поначалу погода была благоприятной – с попутным ветром силой не более 30 узлов. Но так уж происходит в этих местах: час-другой – и ветер уже встречный, да с порывами. Он останавливал тримаран, не позволяя не то что продвинуться вперед хотя бы на несколько метров, но и грозя отбросить далеко назад.

Пришлось отступить, в смысле – переждать ненастье в бухте Пуэрто-Торо на острове Наварино. В деревеньке, приткнувшейся к берегу, в здании школы, в спортивном зале, растянувшись на туристических карематах, путешественники приготовились ждать от моря погоды… И дождались, ветер смилостивился над ними.

Однако на этом приключения не закончились. Вроде и ветер подстих, и направление у него подходящее, а тримаран ни с места. Еще и звуки какие-то странные, шипящие… А вокруг темнота, ничего не видно. Пришлось посветить фонариками, тогда и стало ясно, что тримаран оказался в плену у гигантского поля водорослей. Больше часа экипаж освобождал свое судно из цепких объятий. Справились! Можно идти дальше.

31 декабря они попытались пришвартоваться на острове Горн. Но заштормило, тримаран стал биться о камни, пришлось отойти. Это было тем более обидно, что неподалеку круизный лайнер высаживал на берег туристов. Хотя понятно: надувному «плавсредству» с крупнотоннажной «железякой» не тягаться, у него другие достоинства, эксклюзивность в том числе. В общем, добраться до стелы «Альбатрос» экипажу Russian Ocean Way не довелось. Жаль, конечно, и все равно настроение было праздничным!

«Полтора года мы шли сюда и думать не думали, что именно в этом знаковом месте нам посчастливится встретить Новый год, – поделился с береговым штабом своими эмоциями Евгений Ковалевский. – И мы пойдем дальше, впереди долгая дорога».

Беда

Они вернулись в Пуэрто-Торо, потом прошли Магеллановым проливом – та еще задача, испытание для судна и навигатора, – и в итоге добрались до чилийского порта Талькауано. Отсюда их путь лежал к острову Пасхи, где путешественников – Егор Музилеев и Пасока решили продолжить плавание – ждала руководитель берегового штаба Юлия Калюжная, вместе с которой предполагалось отснять кадры для сериала «Мир глазами русских путешественников», который выйдет по итогам экспедиции, а также для фильма, который расскажет об открытиях русских кругосветных мореплавателей.

Испытание Тихим океаном предстояло серьезное, поэтому тримаран подняли из воды, все проверили, подтянули, закрепили. Но океан оказался сильнее… Это стало ясно уже через несколько дней. Хотя поначалу все складывалось удачно – ветер был попутным, и за три дня они дошли до острова Робинзон-Крузо (один из трех островов архипелага Хуан-Фернандес). Но кругосветчики решили там не останавливаться. Так и пошли дальше.

А дальше… Дадим слово участников экспедиции.

Станислав Березкин: «12 часов мы шли против порывов до 20 м/с и трехметровой беспорядочной волны».

Евгений Ковалевский: «15 марта я заступил на вахту. Оставить руль было нельзя – жесткие волны, встречный ветер. Океан испытывал на прочность нашу веру в удачу. В 23:00 я разбудил Стаса, чтобы он помог настроить руль и паруса. Справились. Сдал вахту Стасу в 24:00. В 2 часа ночи уже Стас поднял меня и Егора. Сломалось рулевое устройство – его подломило еще на моей вахте, а теперь разорвало в клочья. Стас раздевается до тельняшки и тонких штанов, потому что надо лезть на корму, находить и откручивать болты и гайки, вытаскивать нелегкую рулевую коробку. Мы с Егором подаем инструменты».

Станислав Березкин: «Пришлось ложиться в дрейф и ставить запасное рулевое в сборе. К счастью, море было теплое, а технология замены отработана. Ремонт занял полтора часа. Но в процессе обнаружилось, что петли крепления рулевого устройства дали трещину. Как же так? Реконструированный в Буэнос-Айресе тримаран прошел к этому моменту 4000 миль не самого простого моря, и поломок не было совсем. Внешне я был спокоен, но внутри росло бешенство: как так, столько пройти и так бесславно закончить?»

Евгений Ковалевский: «16 марта тримаран перестал слушаться рулевого. Стас осмотрел рулевое устройства. Выяснилось, что поврежден транец. Обсудили уровень опасности. Стас надеется, что трещина не будет увеличиваться, а я чувствую приближение чего-то плохого. Звоню по спутниковому телефону Юлии Калюжной. Прошу наладить контакт с береговой службой острова Пасхи, так, для подстраховки. В 10 утра начинается триллер, кошмар и фильм ужасов. Рулевое устройство выгибается. Проверяем транец – трещина растет. В обсуждении со Стасом уже всерьез используем слово SOS, понимая, что, потеряв управление, нас понесет на юг в зону штормов и циклонов. Воды и еды хватит на две недели. А что потом? Стас еще раз проверяет транец, и… все, крепление отвалилось, управления тримараном больше нет. Ремонт невозможен. Надо звонить Юлии…»

Юлия Калюжная: «Я связалась с соответствующими службами. Кроме того, хозяин отеля, бывший морской офицер, услышал мои переговоры и спросил, что случилось. Я объяснила. Он сказал: «Садись в машину, поехали в Armada de Chile». Там все информация была выведена на большой экран, и мы вместе смотрели, какие корабли находятся недалеко от тримарана. В итоге стало ясно, что часа через четыре к терпящим бедствие может подойти сухогруз, идущий под Панамским флагом».

Евгений Ковалевский: «На наш спутниковый телефон несколько раз звонят спасатели, на испанском языке уточняют детали. Хорошо, что Егор говорит по-испански, он ведет переговоры. К нам идет панамский балкер Sounion. Его капитан сообщил, что подойдет ближе к ночи. Пытаемся выяснить, возможна ли буксировка тримарана, можно ли поднять его на палубу. Капитан оставляет вопрос открытым».

Станислав Березкин: «К счастью, на море полный штиль, но льет дождь, видимость плохая, высокая зыбь. Примерно в 21:30 мы увидели огни балкера. «Ребята, подождите, у нас что-то сильно пароход раскачало, шлюпку смайнать не можем, сейчас развернемся и подойдем к вам», – раздался в рации спокойный голос капитана. Его зовут Денис Владимирович. Матросы – наполовину филиппинцы, наполовину украинцы.

Евгений Ковалевский: «Состояние подавленности накрывает плотным одеялом, из-под которого невозможно выбраться. Обсуждаем вариант, что делать, если судно придется бросать. Укладываем документы, съемочную технику, личные вещи. А сколько аппаратуры и вещей придется оставить! Все не заберешь».

Станислав Березкин: «Сухогруз встал носом к волне, сдал назад и подставил нам высокий борт. С палубы полетели концы. Мы закрепились, и нас подтянули к борту».

Евгений Ковалевский: «Стальная стена борта высотой метров восемь нависает над нами. Тримаран бьет о борт и подминает под стальной корпус. Экипаж Sounion безуспешно пытается спустить шлюпку, чтобы забрать нас и наши вещи. Нам бросают еще концы. С риском свалиться в воду начинаем передавать вещи».

Станислав Березкин: «У шлюпбалки ограничение по весу, а большие краны на качке использовать нельзя, но капитан готов взять тримаран на буксир. Нам спускают штормтрап».

Евгений Ковалевский: «Егор сует Пасоку за пазуху и прыгает первым. Второй – я. Егор сбрасывает сверху мне веревку, я делаю два витка вокруг пояса, завязываю узел. Это страховка. Примеряюсь – прыжок, и я на трапе».

Станислав Березкин: «Я остался ждать буксирный конец. Это был мягкий нейлоновый трос. Хорошо, что не стальной. Эту «веревочку» весом надо было протащить на нос и закрепить. На это ушло минут десять. Организм начал кричать об усталости, перед глазами поплыли круги. Закрепив буксир, обвязался страховкой, схватился за трап, но вывихнутая неделей раньше рука разжалась, и я полетел в воду. Страха не почувствовал, только увидел, что попал между бортом и летящим на меня трехтонным тримараном. Мысли о том, что это финал всех моих приключений, прервал резкий рывок страховочного троса, я взлетел над тримараном и плюхнулся на левый баллон. При второй попытке трап пролетел мимо, я оттолкнулся рукой от борта и устоял на ногах. Через пару секунд я все-таки поймал трап и из последних сил полез наверх. Через секунду в метре от моих ног тримаран громыхнул балкой о борт, но я уже перелезал на палубу. Руки и ноги дрожали, я отполз к грузовому люку и лег на него».

Юлия Калюжная: «Я ждала звонка, и они позвонили: «Юля, мы на корабле, мы живы».

Евгений Ковалевский: «Час ночи – все на борту, тримаран на буксире. Sounion идет к Магелланову проливу. Нам определяют каюты – каждому персональная. Есть все: горячая вода, душ, туалет. И вдруг капитан сообщает, что тримаран оторвало. Только что мы были в великой радости, а сейчас то ли в шоке, то ли в аду. Денис Владимирович говорит, что судовладелец разрешает еще одну попытку поиска тримарана и его буксировки. Тримаран виден на радаре, он недалеко. Через час вот он – рядом. Прыгать на его палубу, чтобы принять буксирный конец, будет Стас. Но волнение и ветер усилились, и капитан командует старпому: «Прыгать не разрешаю, опасно для жизни. Бросайте конец с утяжелением. Если зацепится, подтянете тримаран, если нет, спасение тримарана заканчиваем, бросаем его и уходим». Старпом размахивается и бросает веревку. Не зацепились... Тримаран удаляется. Еще попытка, и еще, все неудачные. Тримаран уже вне досягаемости. Стас черный от усталости и горя, я – чернофиолетовый от ужаса и печали. Егор смотрит вокруг непонимающим взором. До него еще не дошла горечь потери, он не верит в то, что происходит».

Егор Музилеев: «Все пошло не так… Тримарана больше нет. Все следующие дни мы задавались вопросом: «Что не так мы сделали»? Мы многое потеряли, но что лично я не мог позволить себе утратить, это Пасока. К счастью, она жива и здорова».

Станислав Березкин: «Наш тримаран уносило прочь, и ничего с этим нельзя было поделать».

Продолжение следует!

25 марта Sounion прибыл в Пунта-Аренас.

Егор Музилеев на пару с героической собакой Пасокой отправился автостопом домой в Бразилию, чтобы вместе со своей мамой отпраздновать ее день рождения, а то два года не виделись, пора и навестить. Но когда-нибудь его вновь потянет в дорогу, он соберет свой рюкзак и отправится на поиски новых приключений. И конечно же, Пасока будет его верной спутницей.

Евгений Ковалевский и Станислав Березкин вылетели в Сантьяго. Настроение у них было соответствующее, то есть никакое. Таким бы оно и оставалось еще долго, если бы не звонок Юлии Калюжной…

Будучи на острове Пасхи, он же Рапа-Нуи, она разговорилась с местным жителем, и тот поведал ей немало историй не только о рапануйцах, но и о чужаках, которые оказывались на острове, и в частности – о русской команде, несколько лет назад оставившей на острове свой надувной катамаран. Юлия вспомнила тот разговор, и это было настоящее провидение!

Она стала выяснять – и выяснила: да, так и есть, восемь лет назад русский путешественник Дмитрий Трубицин прошел на надувном катамаране TION с друзьями и капитаном Анатолием Куликом от Перу до острова Пасхи и оставил его там до лучших времен (YR № 72, 2015). Это был шанс. Надо только найти Дмитрия и сделать ему «несерьезное» предложение, вдруг что получится? Вдруг путешествие можно продолжить?

После звонка Юлии события развивались стремительно. Экипаж связался с Дмитрием, и тот все понял правильно, не только разрешив продолжить экспедицию на его катамаране, но и безвозмездно передав его экспедиции Russian Ocean Way.

Да, и так бывает. Правда, из-за вынужденных остановок и потери плавсредства сроки экспедиции изменились: на родной земле мореплавателей будут встречать не в 2023, а в 2024 году. Но главное – маршрут экспедиции остается неизменен: каким он был заявлен, таким и будет. Русские моряки и прежде не отступали – 200 лет назад, их потомкам тоже негоже.

Опубликовано в журнале YACHT Russia №5-6 (146), 2023 г.

[1] Проект поддержан Президентским фондом культурных инициатив и Фондом президентских грантов

Популярное
Мотылек с острова Дьявола
Он был преступником. Арестантом. Заключенным. И бежал снова и снова. Его ловили, а он опять бежал. Потому что... Жить, жить, жить! Каждый раз, находясь на грани отчаяния, Анри Шарьер повторял: «Пока есть жизнь, есть надежда».
Снежные паруса. Секреты зимнего виндсерфинга

Мороз, ветер, поземка. Случалось ли вам видеть парусные гонки в такую погоду? По белой равнине, поднимая снежную пыль, летят десятки разноцветных крыльев...

Очень опасный кораблик
Что такое физалия, и почему ее надо бояться
Борода - краса и гордость моряка

Издавна считается, что борода моряка - символ мужской силы, отваги, воли, мудрости, гордости. Особенно если эта борода шкиперская, фирменная.

Мурены: потенциально опасны
Предрассудки, связанные с ложными представлениями о муренах, стали причиной повсеместного истребления их в Средиземноморье. Но так ли уж они опасны?
Навигация на пальцах
Звездные ночи в море не только невероятно красивы – яхтсмены могут (и должны) использовать ночное небо для навигации. Чтобы точно знать свое положение, порой можно обойтись без компаса или секстанта
Мотосейлер. Нестареющая концепция

Объемные очертания, надежная рубка и много лошадиных сил – вот что отличает мотосейлер от других яхт. Когда-то весьма популярные, сегодня они занимают на яхтенном рынке лишь узкую нишу. Собственно, почему?

Мыс Горн. 400 лет испытаний

«Если вы знаете историю, если вы любите корабли, то слова «обогнуть мыс Горн» имеют для вас особое значение».
Сэр Питер Блейк

Блуждающие огни

Каждый яхтсмен должен быть «на ты» с навигационными огнями – судовыми и судоходными. Но есть огни, которые «живут» сами по себе, они сами выбирают время посещения вашего судна, а могут никогда не появиться на нем. Вы ничего не в силах сделать с ними, кроме одного – вы можете о них знать. Это огни Святого Эльма и шаровая молния.

Питер Блейк. Легенда на все времена

Питер Блейк… Он вошел в историю не только как талантливый яхтсмен, но и как признанный лидер, ставший «лицом» целой страны Новой Зеландии, показавший, что значит истинная забота и настоящая ответственность: на самом пике спортивной он оставил гонки и поднял парус во имя защиты Мирового океана – того океана, который он так сильно любил